Суворовец Дуюнов Николай Акимович

Суворовец Дуюнов Николай Акимович
25 сентября 2020

Суворовец

Дуюнов Николай Акимович

Уссурийское СВУ 1963 год выпуска




Суворовец Уссурийского суворовского военного училища Дуюнов Николай Акимович 1956—1963 годы учебы.

***

Родился 01.01.1946 года в Киргизской ССР.
Окончил Уссурийское Суворовское военное училище, 1956—1963 годы, учился 7 лет.
Образование высшее, Оренбургское зенитно-артиллерийское училище в 1966 году, в 1970—1971 годы — 311 школа КГБ СССР, в 1973—1978 году — Всесоюзный юридический заочный институт.
Служба в Советской армии с 1963 по 1970 годы, с 1970 по 1993 годы — служба в КГБ СССР. 
Женат - 3 сыновей.
Мастер спорта СССР по боксу.
Сотрудник Особого отдела КГБ СССР по 108мсд, 1981-1983 годы, Баграм.
За войну во Вьетнаме награжден медалью "За боевые заслуги" , за Афганистан - 2 ордена Красной Звезды .
Полковник.

***

Отрывок из книги Николая Дуюнова 
"Смерш - военная контрразведка. Солдаты России"


"Сурова жизнь, коль молодость в шинели, а юность перетянута ремнем"

... Учился я на отлично, имел похвальные грамоты, подарки - в виде книг, картин и планировал стать юристом. Но, видно, там, наверху, рассудили по-другому, и судьба забросила меня на военную стезю. Не буду здесь описывать все перипетии жизни, поступление в Курское суворовское военное училище в 1956 году, переезд на Дальний Восток в город Уссурийск в 1958 году вместе с частью преподавателей и имуществом училища, почти месяц тряски в теплушках, еще помнящих тепло и запах наших бойцов, возвращавшихся с войны, устройство на новом месте, где, кроме казармы и котельной, ничего не было, тяжелый быт первых лет, неустроенность семей офицеров-воспитателей все - пришлось пережить, и вот сейчас, глядя на наших детей и внуков, думаю: они выдержали бы такое испытание? Ответа однозначного не нахожу.

Особо хочу заметить здесь, что ребята, прошедшие школу взросления в Суворовском училище, причем семилетки, т. е. те, кто обучался 7 лет, с 10 до 17, совсем другого склада ума и жизненной подготовки, ибо пришлось им с детского возраста бороться за место под солнцем. Отстаивать свое имя в жесткой конкуренции с другими сверстниками, порой кулаками, а в учебе надо было быть первым, на крайний случай вторым. 

Воспитатели были у нас такие, что не принимали жалоб и нытья, сами прошли войну и видели столько слез и горя, что разжалобить их было невозможно. Ты растешь мужчиной, а мужчина не плачет и не ноет, стойко переносит все тяготы воинской службы. Да и если честно сказать, опыта педагогического у них не было никакого. Каждый воспитывал нас так, как его самого в детстве воспитывали родители, и поэтому весь процесс подгоняли под себя. Из нас воспитывали патриотов, будущих офицеров, защитников Родины, достойных продолжателей традиций Красной Армии. А историю Красной Армии мы изучали каждодневно и с воодушевлением. Выходили мы из этого учебного заведения хорошо подготовленными теоретически и настоящими патриотами.

Жизнь показала, что из выпускников Суворовских училищ вышли многие командующие округами и армиями и в настоящее время они занимают руководящие должности в Вооруженных силах России.

.................

В 1959 году умирает дедушка, было ему 89 лет, умер за рабочим верстаком, когда стругал очередную табуретку для внука. Бабушка, не родная мне, так как была мачехой отцу, прожила еще лет 15, умерла на руках мамы.

Мои приезды домой были праздником как для меня, так и для родных. Отец, обладая крепкой силой воли, натренировал себя так, что перестал пользоваться вначале костылями, потом палочкой и, наконец, стал ходить без них.

Один из эпизодов его военной биографии я хочу осветить более подробно. Он не любил вспоминать войну, но мне рассказал, что был командиром разведвзвода, старшиной по званию. Хотя за период службы, имея среднетехническое образование, окончил курсы офицеров и к началу войны был уже капитаном. Командовал ротой в Туркестанском военном округе, в городе Кушке.

Там его подразделение привлекалось для борьбы с басмачами, они еще долго тревожили покой местного населения. Грабили магазины, громили школы, убивали активистов из местных жителей, учителей. Только к началу сороковых годов удалось немного уменьшить их количество и активность, но это стоило многих жизней.

Начало войны он встретил уже начальником штаба батальона и в этой должности бомбил начальство рапортами об отправке на фронт. Семья жила в общежитии.

На свет появились девочки Таисия и Валентина, которых он очень любил, но которые в годы войны умерли уже в Чалдоваре, куда мать уехала после его отправки на фронт.

На фронт он попал только в 1942 году, в войска Рокоссовского, который тогда еще не был маршалом, и пережил отступления и наступления. В одном из боев, когда они штурмовали немцев под Вязьмой, было такое сопротивление немцев и венгров, что погибло много его бойцов, и когда они все-таки сломали их сопротивление, закидали гранатами их траншеи и вытащили на свет божий оставшихся в живых, то среди них обнаружились и русские, воевавшие на стороне фрицев.

Этого отец не смог пережить спокойно. Как же так, ты, сволочь, русский и воюешь против нас, русских? Ответ пленных поразил в самое сердце: "Мы воюем за свободную Россию, против вас, большевиков, и принесем свободу всем народам вместе с немцами, за которых и сражаемся с вами".

Не знаю, как бы я поступил с предателями Родины, а отец вывел их за бруствер всех семерых и из ППШ расстрелял, не дожидаясь суда.

Прибывшие особисты тут же его арестовали, посадили в машину и увезли в Особый отдел армии, где он просидел до суда Военного трибунала, который разжаловал его до рядового и отправил в штрафную роту, такие роты уже существовали в армии Рокоссовского. Он провоевал в роте до первого ранения и был возвращен в войска, но только в чине старшины. Вернули медали и орден Боевого Красного Знамени. Там его назначили командовать взводом разведки. Отцу было в то время уже 30 лет, взрослый был старшина.

Во время проведения разведки боем они встретились с немцами, которые также проводили разведку боем, и они наткнулись на такую же разведгруппу, он полз первым. В ходе ночной борьбы отца оглушили, видя погоны старшины, связали ноги и, продев веревку под мышками, потащили к себе. Дело было на нейтральной полосе.

Бойцы отошли к своим позициям и тут же сообщили о захвате своего командира. Батальонная артиллерия начала обстреливать пути отхода группы захвата немцев, и в тот момент, когда немцы притаились и перестали его тянуть, а он был от них метрах в четырех, он попал в лужу воды и, придя в себя, обнаружил, что связан. Причем одна рука была свободна: веревка протянута под мышкой левой руки, а правая рука свободна. Этого хватило, чтобы он сорвал с пояса гранату РГД-шку, зубами выдернул чеку и, понимая, что при взрыве вряд ли останется жив, но это лучше, чем плен, бросил ее вперед метра на четыре-пять. Взрыв, пламя, и он потерял сознание. Когда пришел в себя, увидел, что его тащат уже наши солдаты, которые, увидев взрыв, поняли, что это он бросил гранату, подползли к месту взрыва, обнаружили трупы трех здоровых немцев и его, лежащего неподалеку. Они забрали документы немцев, которые были при них, в основном карты и оружие, и притащили отца в свое расположение. Он был ранен в голову, посечены плечи и тело, но врачи в медицинской роте обработали его и отправили в медсанбат. Там он пробыл около двух недель и, подлечившись, вернулся в роту.

За этот бой, за мужество и находчивость отца представили к ордену Слава 3-й степени, который он получил, вернувшись из медсанбата.

Рассказывая об этом эпизоде войны, отец говорил, что он не считает себя героем, просто в тот момент он думал, что лучше погибнуть, чем попасть в плен. Тем более на тот момент уже был известен приказ Сталина No 227, в котором было четко прописано, что нужно делать с попавшими в плен бойцами. Все они считались предателями Родины, и им и их семьям грозила незавидная судьба. А когда он думал о том, что могло ждать его жену и дочерей после его пленения, он решил, что лучше погибнуть, чем оказаться в плену. Вот такой патриот был мой отец.

Суворовское училище, кузница кадров для военных училищ, прививало своим воспитанникам такие качества, как самостоятельность, умение постоять за себя и товарищей, умение выживать в любых жизненных ситуациях, учило жить без папы и мамы, готовить себе самостоятельно еду, стирать и убирать за собой - в общем, воспитывала настоящих мужчин. И по жизни мы пронесли все лучшее, что в нас заложила эта добровольная кузница малолетних патриотов, которые любили и любят свою Родину-мать, не всегда справедливую, не щедрую на подарки, но свою.

Военное училище

Брат и сестра подрастали, я же после окончания Суворовского училища был зачислен в Оренбургское зенитно-артиллерийское училище имени Г.К. Орджоникидзе.

Курсант - младший сержант Дуюнов

фото: курсант - младший сержант Дуюнов


В училище, я был назначен командиром отделения, сержантом, занялся боксом и выступал на первенстве Приволжского военного округа, где занял третье место. Учился прилежно, окончил училище на хорошо и отлично. Во время учебы был принят вначале кандидатом в члены КПСС, а по выпуске принят в члены КПСС, в 20 лет.

Взвод в котором учился Николай Дуюнов

фото: взвод 1966 года выпуска, в котором учился Николай Дуюнов


Этот факт был принят в Чалдоваре как подвиг, ибо из всей нашей родни только дед мой по линии матери Алексей Сидоров, в войну ковавший лошадей, как-то умудрился вступить в партию, чем очень гордился, так как на всех собраниях сидел в президиумах, в общем, был уважаемый человек. 

Дуюнов Николай Акимович

фото: лейтенант Дуюнов Николай Акимович


А тут приезжает какой-то лейтенант из военного училища, молодой, безусый, и надо же, равноправный член КПСС, дед этого пережить не мог и дня два разглядывал мой членский билет, надо же, такой, как у него. Потом количество выпитого перешло в качество, и все стали пить за членов партии коммунистов, за него и за меня, так я стал полноправным членом коммунистической партии в селе Чалдовар.

Отпуск подходил к концу, август заканчивался, и я засобирался на Дальний Восток, куда сам напросился, ведь там начиналась моя военная служба еще в молодости.

Добираться из Киргизии в Хабаровск было делом непростым: поезда ходили только до Иркутска, да и то с пересадками. Все вещи со мной, вещмешок и просто мешок, где были шинели, мундиры, сапоги и прочее, таскал сам по перронам и вагонам и к середине сентября 1966 года добрался я до цели, штаба КДВО в Хабаровске.

Оказалось, что я опоздал к распределению, моя должность в Комсомольске-на-Амуре уже занята, и что делать со мной и еще одним выпускником Тбилисского зенитного училища, кадровики 11-й армии ПВО не знали.

Мы были отпущены в город изучать его достопримечательности, сходили на берег Амура, посидели в ресторане, попробовали пива, чего ранее не могли себе позволить, и стали ждать решения нашей участи. Кадровики долго думали и придумали, направили нас в Политическое управление армии, где целый генерал-майор стал нас вербовать в политработники. Это было что-то новое, и мы не сразу для себя решили, соглашаться или нет. Это другая ветвь армии, но упор он делал на то, что мы члены партии и тут думать нечего, нужно соглашаться, в армии нужны замполиты. Это опора командиров, воспитатель солдат, старшин и офицеров, руководитель партийной и комсомольской организаций. Проводник линии партии в войсках. В общем, на то он и генерал-политработник, чтобы привлечь нас на свою сторону.

Мы дали согласие, он крепко жал нам руки, сказал, что будет следить за нашим ростом, и отправил в кадры.

Мне было предписано прибыть в 24-ю дивизию ПВО на острове Сахалин замполитом роты командного пункта дивизии...


Полный текст книги Николая Дуюнова

http://artofwar.ru/d/dujunow_n_a/smersh.shtml 

Короткая ссылка на новость: http://artstandart.info/~vVpwh